ДЕЛАЙ В РОССИИ: ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ ДВОЙНОГО НАЗНАЧЕНИЯ
 

Сергей Меняйло: Уважаемые участники международного форума технологического развития «Технопром». В теме форума слова «Делай в России». Хотелось бы в дальнейшем, чтобы девиз был «Сделано в России». Это очень важно для нашей страны. Нам необходимо обеспечить технологический прорыв. Дуля этого нас есть передовые технологии, наукоемкие производства, а главное, богатые интеллектуальные ресурсы.

Задачи, поставленные перед научным сообществом и промышленностью, сложные, но вполне реальные. Свидетельством тому – достижения современного ВПК. Российская экономика в состоянии сконцентрироваться на поставленных задачах, преодолеть проблемы, и даже в таких сложных макроэкономических условиях выиграть в конкурентной борьбе. Потенциал оборонки может и должен стать базисом для выпуска высокотехнологической продукции гражданского назначения, для реализации на практике идей изобретателей, конструкторов, ученых и инженеров. Рад отметить, что предприятия Оборонно-промышленного комплекса (ОПК), работающие в регионах округа, за последние несколько лет показали значительный рост гражданской продукции. На всех флагманских направлениях, определяющих технологический инновационный потенциал страны, широко представлены сибирские предприятия.

Новая промышленная революция должна охватить не только оборонный, но и весь научно-промышленный комплекс нашей страны. В ряде регионов нашей страны уже есть интересные наработки в реиндустриализации в том числе в Новосибирской области. Федеральный центр поддерживает у себя такие регионы-инноваторы. Это позволяет постепенно выработать подходы по созданию в стране новой государственной промышленной политики. На фоне представителям бизнеса и государства предстоит обсудить и сформировать согласованное видение технологического будущего нашей родины, нового технологического ядра, способного вывести Россию на новые темпы экономического, а значит и социального развития. Желаю участникам форума творческой работы, заинтересованного общения, и самое главное, практических результатов. Спасибо.

- Модератор пленарного заседания, председатель экспертного совета коллегии военно-промышленной комиссии Российской Федерации Михаил Ремизов.

Михаил Ремизов: Добрый день, уважаемые участники форума. Мы начинаем пленарное заседание пятого юбилейного «Технопрома». Я думаю, что специфика форума в этом году рождается на пересечении трех больших интересных тем: это диверсификация российского ОПК в сторону гражданских рынков, то, что является основным акцентом обсуждения на нашей сегодняшней пленарке. Это новая промышленная революция как процесс распространения цифровых технологий, прежде всего, по горизонтали своего материального производства. И это промышленно-технологическое партнерство России и Индии. Темы очень разные, но они имеют в общем знаменателе важный приоритет – нашу ставку на реиндустриализацию. Возможно, в противовес концепциям постиндустриального, а на практике деиндустриализованного будущего. Как явствует из названия нашего сегодняшнего заседания, это должна быть индустриализация двойного назначения, ориентированная одновременно и на социально-экономические задачи, и на обеспечение безопасности и суверенитета страны.

Я хочу обратить ваше внимание на доклад, который был подготовлен экспертным советом коллегии военно-промышленной комиссии, он называется «Диверсификация ОПК: как побеждать на гражданских рынках». Один из важных выводов доклада в том, что крупные военно-промышленные державы, с которыми мы можем себя сравнивать, такие, как Соединенные Штаты и КНР, сознательно и планомерно, хотя и в разные периоды, проводили политику диверсификации своей военной промышленности, в результате которой эта промышленность стала становым хребтом, костяком для целого ряда отраслей экономики этих стран. Будем надеяться, это получится и у нас. Слово заместителю председателя Правительства России Дмитрию Олеговичу Рогозину.

Дмитрий Рогозин: Уважаемый господин министр, уважаемые участники форума «Технопром», который стал за последние годы очень важной технологической площадкой для обсуждения специализированных тем. В отличие многих других форумов «Технопром» действительно имеет свой прицел по темам, которые на конкретный год развития нашей страны и наших отношений с другими странами, с нашей точки зрения, является приоритетами крайне актуальными. Напомню, что именно «Технопром» дал в свое время старт таким важным темам, как сотрудничество навигационных систем, в частности между Россией и Китаем, он акцентировал свое внимание на проблематике Арктики, и был прологом для того, чтобы потом мы перешли целой серией самых разных мероприятий, которые увенчались успехом в Архангельске в конце марта этого года на конференции «Арктика – территория диалога». Но «Технопром» смотрел на ту тему именно технологии, что может иметь наша страна для того, чтобы входить в новые большие крупные вопросы, подготовлено и во всеоружии. Здесь крайне важно то, что «Технопром» всегда опирался на возможности сибирской науки, фундаментальных исследований, которые в регионах Сибирского федерального округа (СФО) развиваются довольно успешно. Сегодняшний форум также связан не только с проведением Российско-индивидуального комитета по науке и технологиям. Это новая реальность в условиях развития очень близких, стратегических привилегированных отношений между Россией и Индии в год юбилея наших дипломатических отношений. Но также вторым крупным мероприятием, более технологичным и прикладным, является выставка разработок наших ведущих коллективов в области аддитивных технологий, технологий, которые являются визитной карточкой шестого технологического уклада. Все это очень важно, и я приветствую замечательную организацию форума «Технопром», которая позволяет всем его участникам получить необходимый доступ не только к информации, но и к выстраиванию кооперационных отношений друг с другом.

Сегодняшний свой доклад я бы хотел сориентировать именно на тему, которая стала основным лозунгом сегодняшнего дня – «Делай в России». Надо сказать, что этот лозунг, казалось бы, несмотря на свою простоту, он выстрадан нашей промышленностью, выстрадан той политикой импортозамещения, которую мы развернули в 2014 году, вступив в полосу борьбы с незаконными санкциями, объявленными против России, чтобы остановить ее технологический рост. И сегодня уже есть что сказать и что показать. Кроме того, лозунг «Делай в России» имеет прямое отношение к нашим уважаемым гостям из Индии, потому что сегодня лозунг «Делай в Индии» (Make in India) является главным слоганом политики правительства Индии, которое собирается наращивать свои компетенции в области науки и технологий, и последовательно переводит свои международные экономические отношения и контрактные в области развития Правительства именно с упором на собственные силы, на развитие индустрии и науки в этой большой, великой и очень близкой нам стране. И мы сегодня поговорим тоже на эту тему.

Применительно к Оборонно-промышленному комплексу России нужно сказать, что в значительной степени он до сих пор продолжает оставаться неким государством в государстве, и эта тенденция поддерживается целым рядом барьеров, включая и систему ценообразования, и модель финансирования контрактов, и контрольными рецензионными процедурами, и, конечно, самой психологией участников этого значительного рынка. Конечно, определенная специфика в военной промышленности была, есть и будет, и военная промышленность всегда окружена неким ореолом тайны, секретности, и это абсолютно оправдано, потому что именно в военной науке и оборонной промышленности сосредоточены самые передовые разработки, которые позволяют нашей стране, не такой большой по количеству населения – это всего лишь, грубо говоря, Франция и Германия вместе взятые, а территория самая большая в мире, – обеспечивает свою безопасность такими протяженными сухопутными и морскими границами. Для этого при ограниченности финансовых ресурсов необходим безусловный талант и безусловная концентрация воли и ресурсов на самых важных приоритетных направлениях. Это всегда была визитная карточка и советского ОПК, теперь и российского ОПК: делай качественно, недорого, в условиях неблагоприятных, когда наша страна практически весь период своего существования в той или иной степени выдерживала натиск санкций и всевозможных искусственных ограничений.

Чтобы эффективно действовать на гражданских, в том числе открытых рынках, нужно сблизить параметры корпоративной среды в оборонном и гражданском секторе. Задача чрезвычайно сложная, мы об этом сегодня и поговорим. Важно то, что сегодня в коллегии военно-промышленной комиссии (а ВПК уже несколько лет возглавляет непосредственно президент России, а я имею честь быть его заместителем и председателем коллегии), то есть рабочим органом военно-промышленной комиссии уделяется огромное количество временных и человеческих ресурсов именно этому вопросу – как сделать так, чтобы это государство в государстве стало максимально эффективным с точки зрения поддержки гражданских секторов экономики. Ведь у нас были такие времена, когда уникальные разработки, которые создавались в советском космосе, советском авиастроении, советской радиоэлектронной промышленности в силу закрытости этого сектора экономики не могли быть реализованы в гражданском секторе.

[00:15:50]

И мы как закупали, так и закупаем до сих пор простейшие бытовые радиоэлектронные приборы, технику, автомобили за рубежом, притом, что, безусловно, могли бы это у себя в стране на своей высокотехнологичной основе. Как найти эту гармонию, когда уникальный, потенциал сосредоточенный в ОПК, мог бы работать не только на оборону и безопасность страны, но и подстегивать развитие самых наукоемких и высокотехнологичных отраслей гражданской экономики?

Надо сказать, что мы стараемся в этом вопросе не только изучать возможности самой страны и собственного потенциала, но и крутим головой на 360 градусов, изучим международный опыт. Довольно эффективной оказалась конверсия американской промышленности. Перманентно она проводилась, начиная с военного времени, и в основном была завершена в 1980-1990-е годы. Большую поддержку ей оказала правительственная политика стимулирования частных капиталовложений с помощью налоговых и других рычагов.

В годы президентства Кеннеди Конгресс Соединенных Штатов принял закон, согласно которому фирмы, которые способны производить вооружение и военную технику, загружались военными заказами в пределах не более 30%, все остальное они должны были добывать на гражданских рынках.

По программе конверсии, проведенной в Соединенных Штатах Америки в 1980-1990-е годы прошлого века, была создана правительственная комиссия, которая изучала все мощности, подлежащие конверсии, определяла, какие из них конкурентоспособны. На основании такого аудита принимались дифференцированные решения по каждому крупному предприятию. Кроме того, была поставлена стратегическая цель расширения доступа военного ведомства к гражданскому сектору экономики. Благодаря этому подходу Пентагон расширил базу поставщиков в несколько раз, создав мощную конкуренцию за счет вовлечения дополнительных контакторов под новые требования.

У нас же конверсия конца 1980-х годов не увенчалась успехом. Более того, в среде оборонщиков слово «конверсия» расшифровывалось довольно уничижительно. Скорее всего, это слово больше расшифровывалось как «конвульсии» и «диверсия» – вот и слово конверсия. Почему? Потому что на бумаге все было красиво, а в реальной практике не хватило ни времени, ни ума для того, чтобы делать на высокотехнологичных предприятиях высоко же технологическую продукцию.

Не меньший интерес представляет опыт Китая. На старте политики диверсификации вначале 1980-х годов прошлого столетия гражданская продукция китайского ОПК составляла не менее 10% от производства. При каждом министерстве, которое было вовлечено в производство военной продукции, были созданы свои торгово-промышленные корпорации, через которые они должны были развивать свои гражданские производства и торговлю гражданской продукцией. Предприятия оборонной отрасли Китая стали массово производить гражданские спутники, самолеты, суда, и даже реакторы для атомных станций. В результате доля товаров гражданского назначения в валовой продукции оборонных предприятий Китая уже вначале XXI века достигла 80%, а те 11 крупных интегрированных структур китайской оборонной промышленности, которые были созданы в рамках политики диверсификации, стали промышленно-технологическим ядром экономики КНР.

[00:19:44]

Важнейшим направлением реформы оборонно-промышленного комплекса Китая сегодня является интеграция предприятий оборонной промышленности в передовых в технологическом отношений гражданских компаний и предприятий, включая частные компании и компании с иностранным капиталом. Сегодня мы видим, что аналогичная политика проводится в Индии. Об этом нам довольно-таки откровенно и подробно рассказывают наши индийские партнеры. Речь идет о масштабной реализации программы Make in India, когда сегодня для реализации любого крупного контракта российская компания должна найти на индийском рынке не только государственную компанию, с кем привычно было работать в последние годы, но и частную компанию. И дальше, уже создав совместное предприятие, приходить в Правительство Индии за получением некоего согласования на формирование серьезной программы взаимодействия. Эти и подобные примеры говорят о том, что диверсификация ОПК должна выстраиваться как дорога с двухсторонним движением, то есть предполагать не только движение военных поставщиков на гражданские рынки, но и встречное движение, организацию производства продукции военного назначения на гражданских негосударственных предприятиях, особенно в звене комплектаторов, поставщиков разных уровней. Они, кстати, уже знают, как работать в сегменте ОПК, знают его сильные и слабые стороны, понимают технологические особенности, предъявляемые требования к поставщикам, порядок принятия ими решений. Они уже вполне зарекомендовали себя в качестве надежных партнеров и государственно мыслящих предпринимателей. При этом никто из них не зацикливается только на поставках продукции военного назначения, а имеет серьезную долю выручки в гражданской продукции. Именно эти компании надо рассматривать в качестве первых кандидатов на роль партнеров в деле диверсификации ОПК.

Приход стратегически мыслящих и компетентных инвесторов может открывать перед компаниями и целыми отраслями новые перспективы. Самый хороший пример в этой части – концерн Калашников. В свое время было принято решение по поводу ижевского узла предприятий, которые производили легендарное стрелковое оружие: «Ижмаш», «Ижмех». Стояла задача таким образом модернизировать эти заводы, модернизировать конструкторский потенциал, который имелся в наличии. И именно тогда мы с Михаилом Тимофеевичем Калашниковым (скоро мы будем отмечать 100-летний юбилей со дня его рождения, и создан оргкомитет буквально на днях, в том числе и прежде всего с участием Правительства Российской Федерации), тогда мы с Михаилом Тимофеевичем Калашниковым обсуждали пути создания соединенной отрасли производства стрелковых вооружений. И когда был образован концерн Калашников, появился инвестор. В результате сегодня концерн Калашников перевернул все наши представления о том, каким образом может работать частный капитал в такой довольно-таки жесткой сфере, как оборонное производство. Если вы приедете в Ижевск, вы увидите новые заводы, новые производства, совершенно новую культуру производства, диверсификацию этого производства. И сегодня Калашников производит не только самое современное, и, несмотря на санкции, востребованное даже на гражданском рынке оружие, но это еще и катера, и беспилотники, и многое-многое другое. Вот вам характерный пример для тех, кто является скептиком того, могут ли частные производители успешно работать и государственно мыслить в такой чувствительной сфере, как производство оборонных изделий и вооружения.

Говоря о проблемах диверсификации, часто ссылаются на то, что работа в системе Гособоронзаказа (ГОЗ) и работа на открытых рынках требует принципиально разных организационных, управленческих моделей и компетенций. Это действительно так, поэтому в качестве одного из решений возможно создание в рамках уже сложившихся интегрированных структур особых бизнес-единиц, которые отвечали бы за гражданское направление. И главная их задача – преодоление просто банальной разобщенности, банального отсутствия информации друг о друге.

Отечественные компании иногда плохо знают о том, что происходит у них коллег, соседей, даже участников единой производственной кооперации, что происходит за стенкой. У потенциальных заказчиков или поставщиков нет серьезной подробной информации о тех новшествах, которые появляются в технологиях, о тех востребованных решениях, которые принимаются в технологическом обновлении данных предприятий. Это мешает их технологическому обмену и процессу импортозамещения, о котором мы столько говорим в последние годы.

Преобладание импорта в закупках многих компаний является часто не следствием некоего объективного превосходства западных технологий, а по сути дела это следствие инерции, налаженных связей, сложившихся привычек, невнимание к тому, что происходит рядом. В этом плане важны две вещи.

Во-первых, налаживание горизонтальных связей в рамках промышленно-технологического сообщества. Именно поэтому коллегия военно-промышленной комиссии придает большое значение сотрудничеству с форумом «Технопром», организует площадки межотраслевого диалога. Например, в прошлом году мы проводили конференцию в Туле «ОПК для медицины». «ОПК для ТЭК» – меньше недели назад в Санкт-Петербурге провели аналогичную конференцию. Планируется конференция Воронеже осенью 2017 года по вопросам взаимодействия военной радиоэлектронной промышленности с гражданскими профильными отраслями. И это чрезвычайно важно. Мы будем продолжать эти диалоговые площадки, работать на них, сводить людей вместе, добиваться максимально подробного обмена информацией, создавать ресурсы в интернете с тем, чтобы люди могли понимать, что реально происходит у партнеров.

[00:26:13]

Во-вторых, это последовательная государственная политика по увязке внутреннего спроса и внутреннего предложения. Взять хотя бы результаты тульской конференции. Они показали то, что сегодня порядка 350 млрд руб. ежегодно выводится у нас из страны на закупку иностранного медицинского оборудования, притом, что сами предприятия ОПК, да и сегодня на выставке я видел конкретный результат этой работы, свидетельствует о том, что у нас уже появились высококонкурентные технологии, которые дешевле покупать в своей собственной стране, стимулируя собственное производство, рабочие места. Это оборудование работает успешно. Это и МРТ, и компьютерные томографы, рентгеновские аппараты, инструмент. Неужели кому-то в голову могло прийти, что если мы делаем уникальный инструментарий для работы в космосе или в Арктике, мы не можем это сделать для собственной медицины? Конечно можем, но для этого самое главное – преодолеть эту разобщенность и преодолеть ту инерцию, которая сложилась годами, сконцентрировать единый государственный заказ на закупки этого оборудования внутри собственной страны. Прежде всего, организация дела. Самое главное словосочетание – это дело надо должным образом организовать, и оно пойдет дальше. Сколько бы мы ни расширяли горизонтальные связи, без вертикальных мы тоже не обойдёмся. Сегодня по линии Комиссии по импортозамещению, которую возглавил премьер, министр России Дмитрий Анатольевич Медведев, а я с моим коллегой Дворковичем, мы возглавляем подкомиссии по импортозамещению в той части, которая касается нашей компетенции и нашей ответственности, а также других структур, прикладываются большие усилия к тому, чтобы развернуть закупочную политику российских крупных компаний, ведомств разного профиля и уровня в сторону российской промышленности, в том числе, прежде всего, оборонной.

Перечисляя те мероприятия, которые мы провели, хотел бы также напомнить, что совсем недавно с руководителем «Газпрома» Алексеем Борисовичем Миллером мы провели совместную даже не конференцию, не совещание, а, скорее всего, мозговой штурм, когда он привез всех ключевых сотрудников аппарата «Газпрома», в том числе управление по импортозамещению, и мы приехали в Ярославскую область на предприятие «Сатурн», которое успешно справилось с задачей импортозамещения в части газотурбростроения для военно-морского флота. И там убедились в наличии и у «Объединённое двигателестроительной коррупции», и у Двигателестроительного холдинга Роскосмоса уникальных технологий по электрогенерации, по перекачке углеводородов. А «Газпром» страдает от санкций, он сегодня ограничен в этих закупках. Получается, что пытаемся закупать это оборудование за рубежом, хотя сам можем его производить. На сегодняшний момент можно сказать, что итоги ярославского мероприятия, точнее рыбинского мероприятия будут прорывными для формирования дополнительных заказов, для наполнения реальным производством тех предприятий, например, Роскосмоса, который до сих пор был загружен не более чем на 40%, а теперь эти новые технологии будут работать на собственной нефтегазодобывающей компании, и это, я надеюсь, будет успех. По крайней мере мы его будем жестко контролировать, чтобы выйти на конкретные результаты. Уже сейчас появились новые контракты, мы их заключаем без всяких посреднических схем, следим очень строго за этим. Это реальная прибавка для самих предприятий ОПК, и главное, это прививка для них, как работать на рынке производства гражданской продукции.

Конечно, эта работа часто встречает сопротивление внутри страны, ломка этих инерционных схем, привычек, да и просто некоторое нежелание некоторых наших коллег внутри России выходить на закупки необходимого оборудования внутри собственной страны. Это касается всего: и судостроения, и авиастроения, многого-многого. Но, как ни странно, помощь к нам пришла извне. Прежде всего, от тех, кто придумал санкции против нашей страны. По сути дела, санкционная политика делает нашу ставку на реиндустриализацию России безальтернативной. Я не знаю, думали ли авторы санкций об этом эффекте, но, по сути дела, они нам помогают сегодня преодолевать сопротивления скептиков. И мы сегодня ставим эти задачи, реализуем их, и считаем, что эта политика абсолютно точно имеет свою перспективу.

Характерно, что реиндустриализация становится ключевым лозунгом и для западного мира. Это происходит под влиянием целого ряда факторов, прежде всего, технологических. В их числе 3D-печать, которая благоприятствует кастомизации, и позволяет избавиться от длинных логистических цепочек. Это роботизация, которая позволяет по-новому взглянуть на сравнительные трудовые издержки в развитых и развивающихся странах. И, наконец, это развитие производственных технологий в ряде отраслей, которые сначала снижают барьеры окупаемости и позволяют производству эффективно работать даже в небольших, малых и средних семьях. Все это программирует ключевой стратегический эффект промышленной революции – производство становится ближе к потребителю и к потреблению. Поэтому не только внешнее санкционное давление, но и глобальные тенденции технологического развития дают нам уникальный шанс выстроить стратегию устойчивого развития с опорой на собственные силы и на внутренний рынок, и уже на этой основе усиливать свои позиции в мире.

Развитие с опорой на внутренний рынок совсем не означает самоизоляцию. Мы испытываем сегодня повышенный интерес к расширению взаимовыгодного промышленно-технологического партнерства. И в этом отношении очень показательны как раз те отношения, которые мы сегодня обсуждаем с делегацией Индии.

Конечно, мы не менее можем быть удовлетворены тем, что наш товарооборот пока еще насчитывает несколько миллиардов долларов. Он должен быть намного шире, намного больше, соответствовать объему и амбициям наших стран. В наших торговых обменах обеих сторон высока доля наукоемкой высокотехнологичной продукции. Это и есть критерий взаимовыгодности отношений, и это прекрасный пример не колониальной внешнеторговой модели. Думаю, сегодня мы должны говорить не просто о расширении взаимовыгодной торговли, а о формировании модели сопряженного развития во многих сферах. И чем более масштабным будет такое сотрудничество, тем шире будет платформа для нашего суверенитета и для благополучия обеих стран.

В завершение хотел бы поблагодарить еще раз авторов санкций, некая Антанта со своей санкционный интервенцией помогла правильным силам овладеть промышленностью и видеть для себя будущее в развитии нашей промышленности. И лозунг «Делай в России» – это теперь наш флаг на полях борьбы за новую промышленную революцию, и этот флаг теперь должен на равных стоять рядом с российским официальным триколором. Спасибо.

Михаил Ремизов: Спасибо, Дмитрий Олегович. Не секрет, что девиз нашего заседания, и Дмитрий Олегович об этом сказал, вдохновленный опытом другой страны Индии, после прихода к власти «Индийской народной партии» в стране реализуется масштабная программа «Делай в Индии», которая затрагивает и ВПК страны. То, что гражданские рынки и военная промышленность не изолируется друг от друга в этой стране, об этом говорит само название должности нашего сегодняшнего почетного гостя господина Аруна Джетли, который является министром обороны, финансов и корпоративных дел одновременно. Я думаю, это уникальный случай в мире – именно такое сочетание.

Пожалуйста, господин министр. Я предоставляю вам слово. Для нас опыт программы Make in India интересен и с точки зрения изучения и применения, и, конечно, с точки зрения участия в этом проекте. Пожалуйста, господин министр.

Аруна Джетли: Уважаемый заместитель председателя Правительства Российской Федерации, уважаемый Дмитрий Рогозин, уважаемый губернатор Новосибирской области Владимир Городецкий, уважаемые гости, уважаемые делегаты, дамы и господа, для меня огромное удовольствие выступать сейчас на пленарном заседании V международного форума технологического развития Технопром. Я бы хотел поблагодарить господина Рогозина и организаторов форума за это приглашение. Я также очень рад возможности посетить прекрасный город Новосибирск, который является научно-технологической столицей России, который вкладывает такой большой важный вклад в развитие экономики России.

«Технопром» является очень важным мероприятием. Сейчас он превращается в один из ведущих технологических форумов в области науки и технологий. Программа включает более 50 различных мероприятий и значительное количество участников. Обеспечивают прорывные достижения в области науки и технологий в различных ее областях. Это является одним ключевых форм для возможностей бизнеса, развития ведущих технологических прорывных продуктов.

Дамы и господа, в этом году Индия и Россия отмечают 70-летие установления дипломатических отношений. За прошедшие 70 лет наши отношения только укреплялись. Для отношений Индии и России Россия является одним из ключевых направлений внешней экономической политики. Наши отношения проверены временем. Подписание декларации о стратегическом партнерстве в 2000-м году между нашими странами, наши двусторонние отношении укреплялись, наше сотрудничество расширялось по широкому спектру. Сегодня мы видим очень живые и взаимовыгодные политические связи, сотрудничество в области обороны, торговое развитие, развитие научно-технологических связей, а также культурного обмена.

Долгосрочная и широкая кооперация и развитие связей в России в области оборонной промышленности очень важно. Это заключается в совместной разработке и развитии, формировании передовых технологий, лицензирования производства. Например, самолетов Sukhoi в Индии подчеркивает наши последние двусторонние достижения.

Дорогие друзья совместно с заместителем председателя Правительства Рогозина мы председательствовали на заседании высокого комитета, и мы очень довольны отмечать высокий уровень научно-технологического развития, ставим его в центр наших будущих взаимоотношений. Новые механизмы придадут новый и сильный импульс нашему развитию, откроют передовые опыты нашей совместной, откроют нам новые направления.

Премьер-министр Индии сразу после формирования правительства выступил с инициативой «Делай в Индии», целью которой является развитие промышленности в Индии. Задачей является внедрение широкого круга инноваций, формирование новых направлений промышленности, и придание новых импульсов для того, чтобы могли сформировать символически важнейшие отношения с инновационными предприятиями.

Меня попросили сегодня обсудить важные возможности и направления, как мы будем работать с индустриализацией двойного назначения, что является одним из ключевых направлений развития в Индии. Я также хотел поговорить о развитии новых стартапов, развитии совместных предприятий, партнерства между индийскими компаниями и зарубежными компаниями. Российские компании, у которых уже длительный существенный опыт работы в Индии, и работы вместе с индийскими компаниями, естественно, должны занимать ведущую роль в этих процессах.

После объявления важнейшей инициативы «Делай в Индии» нашим премьер-министром, мы наблюдаем растущий энтузиазм и стремление участвовать в этой программе со стороны частного бизнеса. В ближайшие годы мы надеемся направить этот дух предпринимательства, эту энергию предприятий частного бизнеса в производство продукции оборонного назначения, двойного назначения. И мы надеемся, что мы можем работать в партнерстве с Россией, и в этом случае и российские компании будут иметь стратегические преимущества при партнерстве России с Индией в данном секторе, для того, чтобы дальше стимулировать и расширять технологические платформы сферы производства, с платформ для самых маленьких элементов и программного обеспечения, для расширения возможностей нашего потенциала, производство компонентов и подсистем необходимо для формирования жизнеустойчивой экосистемы производства продукции оборонного назначения. Одно из направлений, как это можно сделать – это расширять проектирование, разработку, и особенно в ГОЗ. Здесь ведущим направлением является формирование правильных направлений политики. Мы ввели новое направление, новые критерии, в данном случае основные преференции будут даваться программам, которые занимаются производством и проектированием данных продуктов в самой стране, инвестировать в разработки и развитие новых технологий.

[00:41:52]

Также введены некоторые другие критерии для более активного участия в разработке соответствующих отраслей индийской промышленности. Наши компании уже расширяют, выходят на хорошие уровни инженерного проектирования. Здесь важные критерии – это рациональное использование, сокращение издержек, и высокотехнологичное производство. И здесь российские компании могут быть важнейшими партнерами. Я приглашаю ваши компании выступать со своими предложениями, в частности для разработки наиболее передовых компонентов из субсистем. Это могут быть платформы на российской основе, где требования достаточно жесткие, достаточно хорошо сформулированы. Лицензирование оборудования в данной области в последнее время было существенно либерализировано, и поэтому сейчас производство данных компонентов для многих секторов лицензирование было даже отменено. Для некоторых лицензий срок действия был расширен до 15 лет. В результате нам удалось привлечь новых участников за последние несколько лет, и мы считаем, что таким образом мы можем привлекать не только внутренние компании, но мы также можем таким образом внедриться в глобальные системы поставок. Для производителей и представителей нашего бизнеса, мы надеемся, нам удастся обеспечить таким образом устойчивое участие, и участие также в экономике масштаба. Российские компании могут определить определенные направления, по которым они могли бы принимать участие в наших совместных предприятиях.

Мы также упростили проекты таможенного управления, критерии таможенного управления за последнее время. Сейчас у нас эти механизмы достаточно четкие, и все это делается, естественно, не забывая об интересах национальной безопасности.

У нас существуют специальные соглашения, которые также будут являться дальнейшим катализатором для международного сотрудничества. Мы считаем, что представители российских компаний должны более активно участвовать в совместных проектах по разработке и развитию. Мы обращаем очень большое внимание на этот сектор.

Инициатива по поводу ГОЗ 2016 года, здесь мы также обращаем большое внимание на разработки соответствующих систем, и мы бы хотели подчеркивать необходимость дальнейшего сотрудничества и желание сотрудничества между российскими и индийскими компаниями.

Также мы создаем проектные центры для того, чтобы компании могли быть глобальными. Например, Индия очень быстро становится хабом для аэрокосмической промышленности, и мы знаем, что здесь потенциал России. Также будет полезно. Это будет ситуация, где проигравших не будет. Обе наши страны широко выиграют от этого.

В последние годы были также введены упрощенные процедуры для того, чтобы привлекать больше частных инвесторов к участию в программах государственного заказа. Мы бы хотели здесь развивать строительство дальнейших объектов.

[00:45:25]

Российские компании при этом являются нашим естественным стратегическим партнером, поскольку в настоящий момент большинство нашего вооружения и инфраструктуры российского происхождения. Поэтому, например, поставка компонентов, запасных частей для таких компонентов в рамках программы «Делай в России», мы также можем привлекать и хотели бы привлекать малый бизнес из России для участия в этих программах.

Мы организуем крупнейшее за последнее время мероприятие – конференцию в Нювумтели [00:46:01]. Очень большое количество участников приехало. Уже начались дискуссии между нашими компаниями, и Россия, и Индия, наши правительства активно подчеркивают важность дальнейшего развития партнерства, и ВПК – это всего лишь один из возможных аспектов. Мы считаем, что мы должны ориентироваться на развитие новых технологий, и развивать дальше эти огромные возможности, которые открываются перед нами в рамках быстрорастущей экономики. Я желаю всем участникам этой конференции дальнейших успехов, в том числе в выстраивании успешного партнерства между Индией и Россией. Спасибо огромное.

Михаил Ремизов: Спасибо господину министру, в том числе за упоминание роли Новосибирска как одной из научно-технологических столиц России. Владимир Филиппович на вчерашней пленарной сессии уже говорил об этом, и говорил о программе реиндустриализации региона на этой научно-технологической базе. Владимир Филиппович, расскажите нам о том, какую роль в этой программе реиндустриализации может сыграть проект по диверсификации оборонно-промышленного комплекса, который тоже играет не последнюю роль в экономике региона?

Владимир Городецкий: Уважаемый Дмитрий Олегович, Сергей Иванович, уважаемые коллеги, предприятия ОПК Новосибирской области хорошо известны военным экспертам. В большинстве своем это уже проверенные временем бренды, которые четко ассоциируются с безопасностью государства, с его военной мощью во всех аспектах. Эта взаимосвязь установилась еще давно, и в советские времена, и с поправкой на актуальные тенденции экономики и науки сохраняется и по сей день.

В сводный реестр ОПК России по Новосибирской области включено 36 организаций, находящихся в ведении Минпромторга России, Минкомсвязи, Роскомоса, госкорпораций Росатом, Ростех, Минобороны России и Российской академии наук (РАН).

Приоритетными направлениями специализации ОПК в Новосибирской области является производство военных самолетов, разработка и производство радиолокационных станций для систем ПВО, оптическое приборостроение, разработка и производство радиоэлектронной элементарной базы, боеприпасов и комплектующих изделий. В результате структурных преобразований в ОПК России большинство предприятий ОПК области вошли в государственные вертикально интегрированные структуры, государственные корпорации, которые и определяют их текущую, и перспективную, и производственную, и финансово-экономическую деятельность. Состояние дел на предприятиях ОПК области сегодня можно квалифицировать как вполне устойчивое. Наращивается объем выпуска продукции, НИОКР, работ и услуг, которые за последние пять лет увеличилась более чем в 2,5 раза.

В 2016 году темп роста объемов производства предприятий ОПК составил 113% к уровню 2015 года, и суммарно выпущено продукции, валовое производство продукции в

В 2016 году темп роста объемов производства предприятий ОПК составил 113% к уровню 2015 года, и суммарно выпущено продукции, валовое производство продукции в ВПК области в 2016 года составило почти 80 млрд руб.

В текущем году прогнозируется сохранение этих положительных приростных тенденций, мы ожидаем результатов исполнения года на уровне 107-108% роста. Последующие 2018-2019 год прогнозируются как периоды вполне стабильной работы в этом сегменте экономики области.

[00:50:07]

Валовый региональный продукт по итогам 2016 года превысил в целом по области триллион рублей, а индекс промышленного производства составил 100,8%, что хорошо показывает вклад ОПК – где-то 8-8,5% в общем валовом производстве. Это доля ВПК нашей области в целом в показателях области.

Начало 2017 года также характеризуется хоть небольшими, но все-таки темпами роста в промышленном производстве. За пять месяцев составляют 100,3% к уровню прошлого года. Вместе с тем, это благополучие, мы его сегодня действительно ощущаем. Это островки надежды, когда в этих 36 предприятиях устойчивое финансово-экономическое положение, приличный уровень заработной платы, когда есть перспектива хотя бы на среднесрочную временную перспективу, когда есть авансированный заказ. Эта надежность – это точно есть. В то же время мы все понимаем, как планы, перспективы и нашего Минобороны России к снижению объемов государственного заказа в среднесрочной перспективе будет снижаться, и тем самым понимаем, что загрузка на этих 36 базовых предприятиях будет уменьшаться, а это автоматически ухудшение явно финансово-экономического положения, это снижение объемов производства, это меньшие налоги, это нагрузка, и трудности вообще-то в социально-экономической ситуации в исполнении регионом своих социальных обязательств. Поэтому как никогда одним становится актуальным, это та задача, которая поставлена президентом, это выход из данной ситуации – диверсификация предприятий ОПК, увеличение доли продукции гражданского назначения.

Надо сказать, что доля гражданской продукции, потребительских товаров и услуг в общем объеме производства предприятий и ОПК с 2011 года уменьшилась с 56% до 30%, соответственно, возросла доля специальной продукции.

Особенностью большинства предприятий АПК области (думаю, это не только нашей, но и Новосибирской области, думаю, это и в других регионах, является их глубокая технологическая и кадровая специализация), что, естественно, создает существенные препятствия для диверсификации, перепрофилирования производства, требует затратного и длительного проведения НИОКР по разработке и освоению продукции гражданского назначения, требует последующего технологического переоснащения производства и так далее. Поэтому необходим в это время, в преддверии, предчувствии того, что такое время может наступить, поиск и реализация новых подходов и решений, повышающих эффективность мер по диверсификации предприятий АПК, и не только на федеральном уровне, но и, разумеется, на региональном уровне.

Уважаемые коллеги, хочу подчеркнуть, что подавляющая часть инновационно-технологических решений в прорывных наукоемких проектах в прошлые годы действительно создавалась ВПК, и там потом эти разработки направлялись в гражданскую сферу. Сегодня ситуация не только в России, но и во всем мире – это мировая тенденция – диаметрально изменилась, и эпицентр инновационно-технологических решений сместился именно в гражданский сектор. Исходя из этих реалий нужно создавать устойчивые, понятные механизмы реализации и модели взаимодействия оборонного сектора с гражданским сектором экономики. И здесь мне думается, что данные задачи соединяются именно с уникальными возможностями каждого из регионов.

У нас у каждого региона свои возможности, свой потенциал, который сформировался периодом, предыдущим временем. Я напомню, что Новосибирская область – это научно-инновационно-образовательная территория опережающего развития уже по факту сложилась. В регионе создана и продолжает наращивать свой потенциал инновационная инфраструктура. Это технопарки, индустриальные парки, бизнес-инкубаторы, центры коллективного прототипирования, инжиниринговые центры, центры развития творческих способностей по схеме «школа — вуз», региональные институты развития в полной мере созданы и работают.

В регионе сформировался довольно сильный, мы считаем, потенциал реиндустриализации. Объекты высокотехнологичной и инновационной инфраструктуры являются стратегическими конкурентными преимуществами региона. Поэтому в настоящее время именно на этих конкурентных преимуществах мы разработали и утвердили в 2016 году программу реиндустриализации экономики региона до 2025 года как реальный инструмент сопровождения и реализации стратегических потенциальных экономических и идеологических чемпионов. Отмечу, что один из самых важных моментов – это в ходе работы над программой реиндустриализации экономики области выявился сильный потенциал интеграции и взаимодействия субъектов инновационной экосистемы, связи между наукой и предприятиями, связей между властью и самими предприятиями, реальны сектор экономики.

Включить в работу региональные предприятия ОПК для целей выработки механизмов взаимодействия мер поддержки, разработки интеграционных проектов программ нам представляется возможным в качестве одного из таких базовых направлений программы реиндустриализации экономики Новосибирской области.

Ориентиром для модели такой региональной военно-гражданской интеграции должны быть базовые государственные задачи. Это и укрепление безопасности, это экономическое и пространственное развитие территории, инновационно-технологическое развитие. В этих условиях, я полагаю, думаю, думается, правильно будет разработать и принять общероссийскую государственную программу по мерам стимулирования предприятий ОПК, диверсификации которую необходимо учесть. Я думаю, не забылся нам опыт конверсии 1990-х годов, опыт оптимизации и модернизации производственных мощностей для выпуска сложившихся объемов спецпродукции, в том числе увеличение современных производственных мощностей на некоторых предприятиях. Мы сегодня имеем примеры, когда в это время появляются и реализуются возможности укрупнения мощностей. Это на ВНИиЭП, это на объединении «Катод». Имеем и другие примеры – создание новых предприятий, такие, как «НЭВЗ-КЕРАМИКС» на базе «НЭВЗ-СОЮЗ», и экономические издержки, которые возникнут при сокращении ГОЗ за счет снижения уровня загрузки производств. В качестве одного из перспективных направлений преодоления этих негативных ситуаций можно рассматривать вовлечение малого и среднего бизнеса в производство гражданской продукции на высвобождающихся площадках АПК. При этом целесообразно активизировать работу по освоению производства продукции для нужд предприятий-монополистов, таких, как «Газпром», РАО «РЖД» и других, а также осуществлять внедрение прорывных проектов, имеющих высокую конкурентоспособность и рентабельность. Мы ощущаем сегодня, когда реализуем флагманские проекты реиндустриализации, например, катализатор, когда разрабатываются уже новые катализаторы-сорбенты, более 100 типов, которые 94% идут на экспорт, но они с трудом воспринимаются сегодня. В «Газпроме», в нетфегазопереработке и так далее. Поэтому вживление в этот заказ, монопольные наши предприятия – думаю, это особенно важно. С этой целью необходимо усилить работу по созданию на свободных площадках индустриальных промышленных парков. В нашей области уже имеются некоторые положительные примеры. Так, например, в течение двух лет мы убедились в высочайшей эффективности индустриального парка, который создан на базе одного из оборонных предприятий – патронном заводе. И два года это сегодня яркий пример такого правильного эффективно построенного организационного механизма. Мы ощущаем, надеемся, в ближайшее время найдем решение по созданию индустриального парка на высвободившихся площадях 72 тыс. кв. м завода химконцентратов. Это новейшая материальная база с великолепной инженерной инфраструктурой.

В то же время создание индустриальных промышленных парков на предприятиях ОПК, малых дочерних производственных предприятий сдерживается ведомственной принадлежностью предприятий головным компаниям и государственным холдингам. В данной ситуации эта система работает при устойчивом ГОЗ, но встает вопрос: как дальше способствовать тому, чтобы государственная собственность не препятствовала процессу диверсификации экономики? Поэтому требуется разработка нормативно-правовой базы государственной программы по перепрофилированию предприятий ОПК. Мы поддерживаем предложение Минпромторга России в части разработки государственной программы стимулирования диверсификации предприятий ОПК, которая предусматривает, прежде всего, подготовку нормативно-правовой базы, регламентирующей порядок реформирования предприятий АПК с государственной формой собственности для осуществления диверсификации производства. Второе – это максимальное использование технологи и оборудования предприятий ОПК для организации производства высокотехнологичной продукции гражданского назначения. А также понимать, что потребуется в любом случае как минимум 5-7 лет минимальный переходный период для этого процесса.

[01:00:42]

Я уверен, что реализация этих мероприятий позволит при взаимодействии сопровождения федерального уровня и наших региональных возможностей – сбалансировать процесс увеличения доли гражданской продукции в номенклатуре предприятий ОПК, и нивелировать возможные негативные последствия, которые, очевидно, будут сопровождаться в этом процессе. Спасибо.

Михаил Ремизов: Спасибо, Владимир Филиппович. Было упомянуто о той работе, которую ведет Минпромторг, в частности по снижению нормативных барьеров по для взаимного перетока инвестиций, технологий, компетенций между гражданским и военным сектором. Это действительно очень актуальная задача. Но я хочу адресовать представителю Минпромторга заместителю министра промышленности и торговли Василию Сергеевичу Осьмакову другой вопрос. Недавно появилась информация, что Минпромторг разрабатывает перечень приоритетных направлений диверсификации. Наверное, наш разговор по этой теме будет неполный, если мы не затронем ключевой вопрос – вопрос о актуальных и потенциальных рынках, рыночных нишах приоритетных, за которые предприятия компаний ОПК борются и будут бороться в дальнейшем. Как смотрите на это, Василий Сергеевич?

Василий Осьмаков: Спасибо за вопрос. Добрый день. На мой взгляд, предприятия нашей оборонки, которая являются самым технологичным и самым отмодернизированным сегментом машиностроения в принципе в стране, могут охватить самый широкий спектр рынков. Коллега из «Росатома» слева сидит, у них, по-моему, 11 направлений диверсификации ОПК в программе Росматома. Я бы, скорее, структурировал эти рынки и перспективные направления по типам. В первую очередь первый тип рынков, которые нам интересны – это традиционное направление гражданской работы наших предприятий – это гражданское авиастроение, судостроение, это энергомаш, это медтехника, это электроника, это довольно понятные вещи. И здесь речь идет скорее о том, чтобы, например, возьмем «Сатурн», энергетиков, сейчас они доделывают первую турбину большой мощности чисто энергетическую. То есть не продукт конверсии авиационный в энергомашевский продукт, а именно энергетическую турбину. Это новый продукт, и такого рода кейсов должно становиться все больше и больше.

Вторая группа рынков – это то, что касается, на мой взгляд, национальной технологической инициативы – это рынки будущего. И вклад оборонных предприятий в решение этой задачи должен быть первоочередным и приоритетным.

Следующая вещь, очень большая – рынки комплектующих. Уже есть много кейсов, просто они не очень публичные, когда, например, какое-нибудь предприятие, которое производит порох, боеприпасы, в своей гражданской ипостаси на высокотехнологичных станках, которые сейчас закуплены на эти предприятия, делает какой-то производственный аутсорсинг, например, для трансформаторов. Такой кейс есть в Московской области, когда предприятие, которое занимается порохами, делает шкафы для электротрансформаторов в электроэнергетике.

И четвёртое. Эти рынки, группы рынков должны рассматриваться с экспортным потенциалом, потому что ни одна из этих ниш на только российском спросе не позволит создавать конкурентоспособные эффективные предприятия. Выбирая приоритеты и формируя портфель приоритетных проектов по диверсификации, мы обязательно будем смотреть на экспортоспособность этих проектов.

Михаил Ремизов: Спасибо. Теперь давайте от промышленного звена попробуем перейти к научно-технологическому звену, связанному с ролью фундаментальной и прикладной науки в том большом проекте, который мы называем диверсификацией ОПК, а по сути это комплексный индустриальный мега-проект. И я хочу передать возможность для выступления руководителю Федерального агентства научных организаций Михаилу Михайловичу Котюкову. Может быть, скажете несколько слов о том, какую роль играют подведомственные вам научные организации в вашей структуре, в обеспечении взаимного трансфера технологий между гражданским и военным сектором?

[01:05:34]

Михаил Котюков: Спасибо, Михаил. На полях «Технопрома» мы три дня проводили фактически мозговой штурм для того, чтобы найти какие-то базовые акценты для ответа на эти вопросы. Из чего мы исходим? Первое. Мы рассматриваем организации ОПК как мощнейшего технологического партнера, наверное, одного из главных драйверов инновационного развития. Весь международный опыт говорит об этом, лучшие инновационные системы мира сегодня – американская, израильская, отчасти японская – создавались благодаря первичным наработкам в интересах оборонной безопасности государства. Мы также понимаем, что только лишь усилиями ученых инновации не создать. Для этого нужны предприниматели, для этого нужны инвесторы, отчасти венчурные инвесторы, которые готовы поддерживать стартовые идеи и стартовые проекты. Задача ученых – творчество, придумать идею. Технологи должны эту идею превратить в технологию, обсчитать и найти возможные рынки. Мы считаем, что индустриализация двойного назначения должна быть очень умной. Мы не должны в результате конверсионных программ получать продукты с более низкой интеллектуальной и добавленной стоимостью, нежели продукция специального назначения, и тогда это будет работать все время в плюс и поддерживать уровень технологий для решения различных задач двойного назначения. Мы выработали некий тезис, нам нужно постараться перегнать, не догоняя. То есть мы должны найти новые нестандартные пути, где-то, может быть, срезать для того, чтобы выйти на принципиально новые рынки, принципиально новые ниши, которые сегодня еще, может быть, не являются занятыми или даже сформированными.

Какие направления для сотрудничества мы считаем наиболее перспективными? Утверждённая в декабре прошлого года президентом Российской Федерации стратегия научно-технологического развития формирует большие вызовы и определяет приоритеты научно-технологического развития России до 2035 года. Для практической реализации многих из этих направлений России нужна уникальная научная инфраструктура и развитое приборостроение. В научных институтах наработки по этому направлению сформированы, их достаточно много, и мы всерьез считаем, что перспективы сотрудничества с предприятиями ОПК могут дать нам общий совместный результат. Мы рассматриваем такие крупномасштабные проекты, как вызовы, требующие концентрации самых лучших компетенций наиболее квалифицированных кадров и совершенных технологий, а самореализация этих проектов неизбежно приведет к формированию новых стандартов, внедрению нового уровня исследовательской, технологической, и, что немаловажно, производственной культуры.

Второе направление – создание новых продуктов на базе тех компетенций, которые были накоплены при создании продукции специального назначения. Мы считаем, что эти изделия можно декомпозировать для того, чтобы обеспечивать широкие потребности гражданских секторов и назначений. Третье направление – реализация перспективных научных идей и наработок, которые сформированы в научных и образовательных организациях. Можно начать с Сибири, но в целом мы говорим о всей стране.

Какие практические направления мы за эти три неполных дня сформировали для возможной более глубокой проработки? В первую очередь это медицина. Очень широкий спектр применения, это диагностика, включая как классические методы, в том числе томография, и до самых интересных и перспективных идей в области ДНК технологий.

Телемедицина и биомедицина. В Новосибирске сегодня есть очень интересная идея, она представлена в рамках выставки – это развитие борнейтронзахватной терапии для лечения различных онкологических заболеваний. Сегодня это исследование абсолютно лидерское по мировым масштабам, таких технологий реализованных нет, работают многие страны, но у нас сегодня есть не просто идея, у нас уже сегодня есть прибор. Пока это опытный образец, даже, может быть, еще его предвестник, но, тем не менее, технология уже создана. И мы на базе сегодня кооперации сибирских регионов делаем следующее, готовимся к тому, чтобы эту идею превратить в этап доклинических, в последующем клинических испытаний. При этом задействован и потенциал научных институтов, клинические возможности наших организаций, и очень интересные перспективы для сибирских университетов.

Следующее направление – робототехника, информационные технологии, новые производственные технологии и материалы с заданными свойствами, которые широко могут быть применены в космической деятельности, в вопросах национального природопользования, освоения Арктики, безопасности государства, обеспечения жизнедеятельности человека, в том числе в экстремальных условиях. Для каждого из этих направлений необходима кооперация различных исследовательских коллективов и инженерно-технологических компаний и организаций.

Что мы делаем в этом практическом направлении? Год назад в этом зале вы сказали о том, что необходимо расширить границы «Технопрома». Сегодня на выставке у нас более 20 организаций не только из Новосибирска, Сибири. Здесь представлены передовые разработки большинства российских ведущих исследовательских центров. И мы считаем, что у многих из этих идей есть серьезная перспектива реализации в партнерстве с теми организациями, которые сегодня работают в интересах ОПК.

Как преодолеваем барьеры, о которых говорили вначале? Они сегодня представляют наибольшую сложность. На первом этапе мы начали разрушать барьеры внутриведомственные. Разные коллективы научились сотрудничать, работать между собой, объединять свой потенциал и привлекать партнеров. Мы это назвали комплексными планами научных исследований. Стартовала эта идея в Томске, и охватила сегодня уже многие регионы. В этих проектах участвуют академические институты со всей страны, возглавляют эти проекты члены РАН, наши ведущие ученые. Уже сегодня к этим проектам подключились университеты и промышленные компании. На выставке мы показывали пример сотрудничества одной из таких площадок с корпорацией Роскосмос. Это практические наработки, практические результаты и практические изделия, которые коллеги из Роскосмоса гарантируют включить в практику. Мы считаем, что такой уровень космических технологий позволяет нам предполагать наличие серьезных рыночных перспектив для гражданского назначения. Если мы с космическими трудностями справляемся, то с гражданскими мы вместе сможем справиться достаточно уверенно.

Еще одно практическое решение. По итогам трех дней обсуждения с коллегами мы пришли к решению о создании на базе новосибирского академгородка специального совета, состоящего из директоров научных институтов для начала по более глубокой проработке всех тех идей, о которых я сказал. Было полезно к этой работе подключиться университетам и всем тем организационным объединениям в рамках коллегии военно-промышленной комиссии. В сентябре будем готовы провести совместное заседание, приглашаем всех в академгородок для того, чтобы более предметно проработать эти перспективные направления и сформировать возможный пакет тех проектов, которые могут в ближайшей перспективе стать практически реализованными с последующим докладом уже в рамках коллегии военно-промышленной комиссии.

В Сибири достаточно успешный опыт регионов по формированию инновационной инфраструктуры. Это Новосибирск, Томск, Красноярск, другие регионы. Этот опыт должен быть применен для решения практических задач.

Уверен, нам нужна такая организация работы, которая позволяла бы формировать принцип одного окна, скорой научно-технологической помощи, где производственники могли формулировать, задавать вопросы, вместе в кооперации с учеными, с представители высшего образования искать ответы на эти большие вызовы. Не сомневаюсь, что такая работа приведет к положительным результатам, и мы сможем, делая акцент на развитие определённых критически важных технологий, в последующем получить упаковку этих технологических направлений в различных рыночных товарах, работах и услугах, имея в виду в том числе их экспортный потенциал. Готовы работать, просим поддержать эти направления.

Михаил Ремизов: Спасибо. Сейчас много говорится о том, что новая государственная программа вооружения, которая должна быть принята в конце этого года, будет инновационно ориентированной на создание нового научно-технологического задела. Если вдуматься, это очень серьезный вызов перед всеми участниками процесса. Ведь управление исследованиями и разработками гораздо более сложная и высокорисковая задача, чем управление серийным производством, то есть это вызов в том числе для нашей науки, образования с точки зрения подготовки специалистов. Михаил Михайлович, готова наша прикладная наука и высшее образование, с вашей точки зрения, к тому, чтобы этот вызов принять и достойно на него ответить?

Михаил Котюков: Исчерпывающий ответ сегодня дать вряд ли возможно, но могу сказать, что первый опыт такого взаимодействия дает основания полагать, что мы на правильном пути. Мы учимся сегодня собирать на одной площадке ученых, университеты, промышленников. Эта работа ориентирована на привлечение молодежи. Если у нас появится молодежь, вовлеченная в такие проекты-то мы можем быть уверены в нашем будущем. И сегодня, по крайней мере в Сибири, это точно работает.

Михаил Ремизов: Мы говорили с коллегами на полях форма о том, что, может быть, стоит очень серьезно подумать о том, чтобы на новый уровень вывести такую специальность, как менеджмент исследований и разработок. Пока это направление, как мне кажется, в нашем образовании представлено недостаточно активно и системно. Мне понравился ваш лозунг «Перегонять, не догоняя». Чтобы его реализовать, мы должны представлять поле, на котором соревнуемся. Мне кажется, формированию такой картины послужит следующий доклад. Представляю слово Александру Борисовичу Идрисову, который расскажет о международном опыте диверсификации военной промышленности, и об уроках этого опыта для России.

[01:16:51]

Александр Идрисов: Уважаемые коллеги, очень коротко на фактах покажу, в чем же актуальность, почему у нас нет альтернативы с точки зрения диверсификации. Страна действительно занимает третье положение между стран. Если не считать Евросоюз одной группой стран, то мы третью позицию занимаем на рынке ОПК, и в то же время мы абсолютно самодостаточный сектор. Но при этом главным вызовом сегодня является то, что, несмотря на всю защищенность военного бюджета, если посмотреть честно на этот график, эта корреляция цены на нефть, это бюджет военных расходов наш. Обратите внимание, корреляция 100%. Хотели бы мы или нет, нам придется считать с экономической страны, перед нами очень серьезный вызов, тем более что пик финансирования программы перевооружения также пройден. И это особый вызов для губернаторов, у которых сегодня в регионах ОПК составляет значимую долю экономики.

Однако мы не одни такие в мире. Если посмотреть на опыт США, обратите внимание, то циклы – циклично развивается промышленность оборонная во всех странах фактически, и в США, и в Европе, мы видим регулярные провалы. Как же они решали свои проблемы? в первую очередь три таких группы задач, которые выполняли эти компании. Первая – это сокращение издержек, масштабная программ оптимизации производственных систем, сокращение издержек, чтобы использовать более рационально свои активы, ресурсы, сделать компании более эффективными. Масштабная программа. Мы видим, Lockheed Martin сокращал на 15% издержки, площади на 1 млн кв. м выводил лишние, которые сегодня есть. Вы знаете, у нас сегодня самый большой в мире танковый завод и еще много предприятий, то есть у нас действительно огромные резервы в этом смысле.

Второе направление е – увеличение экспорта вооружений. Думаю, нам следует ожидать, и мы видим сегодня ужесточение конкуренции на глобальных рынках. Наши традиционные потребители переходят на собственное производство, в значительной степени становятся нашими конкурентами на рынках, и нам следует ожидать, что здесь придется бороться за рынки с более серьезными усилиями.

И третье – гражданская диверсификация, то направление, о котором мы сегодня говорим, тема нашего обсуждения.

Если вы посмотрите на графике справа, внизу – это индекс Standard and Poor's. Обратите внимание, как эти компании проходили эти цикличные спады. Капитализация этих компаний росла существенно выше, чем в среднем рос рынок. И Boeing, и Lockheed Martin, они все показывали хорошие результаты.

Какие модели ОПК существуют с точки зрения диверсификации? Можно выделить две группы. Первая – компании, у которых в основе бизнеса технологии двойного назначения, которые могут быть использованы в гражданском секторе. Это ключевые компетенции, это в первую очередь уникальные технологические решения, на базе которых можно создавать и гражданскую, и военную продукцию. Доля военной продукции в таких компаниях часто не превышает 50%, и диверсифицировать такие компании намного проще, в действительности это задача по плечу.

[01:20:57]

Мы знаем, что сегодня президент поставил задачу для всех компаний ОПК достичь 5% диверсификацию. Задача актуальна, но в некоторых случаях она, как показывает международный опыт, невыполнима в таком объеме, то есть есть существенные ограничения, особенно для компаний, в которых бизнес базируется на уникальных технологиях.

На правом графике видно компании, которые не поднялись в своей диверсификации, не смогли увеличить долю гражданской продукции более чем на 20%, и это следует учитывать.

В зависимости от ключевых компетенций компаний используется несколько разных подходов для диверсификации. Первое – собственная гражданская продукция расширяется, появляются новые цеха. Только что мы говорили о технологиях в первую очередь двойного назначения. Второе очень интересное направление, которое пока у нас слабо развито – инжиниринговые услуги, это оказание сервисных услуг другим компаниям, дизайн продукции, это испытания, это проектирование, опытно-конструкторские работы в интересах сторонних заказчиков. Это в действительности может быть значительной частью бизнеса для компании, у которых сильные исследовательские инжиниринговые подразделения, и такой спрос на рынке существует, он растет.

Третье – это продажа, неосновные технологии. Если у вас есть действительно технологии, которые могут быть использованы в гражданских секторах, то это также может быть способом заработка, лицензирование этих технологий и продажа их на рынке.

Контрактное производство – огромная возможность в том числе в российском рынке. Переход поставщиков второго, третьего, четвертого уровня, переориентация их на более широкие рынки спроса.

И последнее – это поиск разных новых форм вовлечения, в том числе частно-государственных партнерств. Допустим, это то, что называется корпоративным венчурингом, когда создаются либо совместные предприятия, либо отдельно выделяются предприятия, возникают внутри корпорации венчурные фонды.

Конкретные примеры. Компания, которая производит датчики нейтронной трубки, она сегодня используется в угольной промышленности.

Компания «Эмит», которая адаптировала беспилотные летательные аппараты к потребностям полиции и других служб.

Компания «Элион», которая имеет сеть лабораторий. Тот самый случай, когда они используют свои лабораторные мощности для оказания услуг.

Следующая – «Байер Систем», в данном случае использование лабораторий для исследований.

Очень интересный опыт «САП», которая продала Apple свое подразделение, торе занималось навигацией ракет. Это подразделение, которое обеспечивало 3D-моделирование картографии.

Следующий момент консолидации поставщиков – это компания GKN. Наверное, вы слышали об этой компании. Они приобрели подразделение авиастроительных предприятий. То есть авиакомпания дезинтегрируются, выводят эти мощности. Эта компания консолидировала… Это точно произойдет у нас в России однажды, кто-то консолидирует механообработку, литейное производство, кузнечное производство, потому что поставщики второго, третьего, четвертого уровня не могут выжить на тех масштабах, на которых они сегодня работают внутри вертикально интегрированных цепочек. Там невозможно добиться реальной экономики, и это неизбежно произойдет.

[01:25:00]

Что важно сегодня сделать для того, чтобы диверсификация состоялась? Первое – спрос. Программы стимулирования спроса чрезвычайно важны, об этом много говорилось, сегодня это делается, и это наиболее важный фактор. Спрос необходим хотя бы в части государственного бюджета. Его необходимо стимулировать реальными программами.

Второе – регулирование. Оборонно-промышленные сектор имеет специфическое регулирование, в том числе пресловутые 20+1, и работа по его отмене уже ведется. Но это демотивирует сегодня частных инвесторов.

Следующее. Все, что касается мотивации. Рентабельность инвестированного капитала. Менеджмент ОПК должен понимать, что активы передаются не бесплатно, они стоят денег, должны приносить доходы. Когда мы сделаем это, то это приведет к серьезной мотивации, диверсификации промышленности.

Следующее – взаимодействие с наукой, о чем говорилось сегодня. Хочу назвать вам одну цифру, наверное, вы ее слышали. В Соединённых Штатах создается 530 тыс. стартапов в месяц в университетах. Просто задумайтесь над этой цифрой. 530 тыс. новых стартапов в месяц. Нам нужно еще поработать. Эти стартапы становятся питательной базой.

Последнее. Недавно с руководством ВЭБ мы обсуждали, что же является главным критерием для финансирования программ диверсификации. В действительности их два: чтобы не задушили в объятых эти новые предприятия, потому что, к сожалению, это происходит на каждом шагу. Нельзя интегрировать эти маленькие ростки внутрь к существующей корпорации. Это довольно сложно.

И второе. Если у вас на предприятии нет человека, который 20 лет продавал медицинские приборы на глобальном рынке, такой компании деньги нельзя давать. Либо найдите такого человека, либо найдите советников квалифицированных, которые знают, как продавать. Тогда это существенно усилит ваши позиции. Спасибо.

Михаил Ремизов: Спасибо, Александр Борисович. Очень поучительный опыт глобальных технологических международных компаний. У нас в России тоже есть технологические компании глобального уровня. К сожалению, не так много, как хотелось бы. Представитель одной из них присутствует на нашем пленарном заседании, Вячеслав Александрович Першуков. Вы вчера начали говорить о тенденциях к сокращению ядерного рынка глобального, ищете пути и новые рыночные ниши, возможности их занять. Есть возможность продолжить эту мысль.

Вячеслав Першуков: Спасибо. Наверное, «Росатом» – лучший пример того, как был диверсифицирован в гражданской отрасли атомный проект № 1. Он создавался как военный, кончился созданием ядерного энергетического комплекса, чисто гражданской продукции. А теперь идет еще дальше. Во всем мире идет тенденция, когда ядерный энергетический комплекс совещается с альтернативной генерацией, появляется понятие «зеленая энергетика», это типичный пример.

Второй. Конечно, у «Росатома» уникальная ситуация, потому что ему нужно держать ядерный баланс, поэтому этот симбиоз и коллаборация и предприятий оружейного комплекса, нашего ядерного оружейного комплекса, и наших гражданских институтов, которые созданы и дальше развиваются. Это и хорошо, и в этом есть определенные сложности, потому что нам приходится преодолевать все барьеры между закрытости тематики, разными компетенциями и всем остальным, но пример есть, и он положительный.

Кроме того, что «Росатом» диверсифицирован по всем рынкам, он диверсифицирован и по направлениям рынков. Вы прекрасно знаете, что из средмаша вышла ядерная медицина, радиационные технологии, химические технологии выделения редкоземельных, редких материалов. Это примеры диверсификации в другие отрасли индустрии, они прошли достаточно спешно.

Последние семь лет «Росатом» сделал еще один скачок – он сделал диверсификацию по страновому принципу, он вышел на международные рынки со своей гражданской продукцией. Сейчас 130 млрд общий портфель, здесь присутствуют наши уважаемые партнеры из Индии. В декабре 2014 года Путиным было подписано соглашение о том, что в течение 20 лет как минимум 12 блоков должно быть построено по нашим технологиям на территории Индии, шесть уже находятся в стадии строительства, по шести уже подписаны контракты. Это примеры хорошей диверсификации.

Более того, удачные примеры, что мы не только строим атомные станции. Есть подписанные соглашения о строительстве семи центров по организационной обработке материалов на территории Индии, это наши технологии, есть подписанные контракты о возможном строительстве заводов по композиционным материалам, серьезно обсуждаются вопросы локализации наших машиностроительных мощностей для атомной энергетики, для того, чтобы мы могли производить непосредственно граждане Индии вместе с нами.

Это действительно то, что есть по факту, пример хорошей диверсификации стран, направление диверсификации оружейного комплекса. У нас есть новые вызовы.

Атомная энергетика, конечно, развивается, просто темпы развития российской компании Росатом, мы считаем, должны быть гораздо быстрее, многообразнее и шире, чем просто сектор атомной энергетики. Мы вышли в альтернативную энергетику, в ветрогенерации у нас большие планы. Мы активно участвуем в освоении арктических территорий, участвуем не только в энергетической инфраструктуре, но участвуем и логистикой. Это наш атомфлот, ледокольный флот, и говорим уже о дальнейшем развитии. Мы говорим о создании специальных комплексов вместе с предприятиями Минпромторга по подводной добыче с использованием наших технологий, новых материалов. Арктика является регионом, где ожидается большой инвестиционный прорыв, рывок, большие ресурсы будут там сосредоточены, и мы серьезно думаем о том, чтобы там оказаться, и оказаться не на последних ролях.

Отдельная цифровая экономика. Цифровая экономика для нас, наверное, исторически стала основной. Когда запретили ядерные взрывы, нам ничего не осталось, как только моделировать. С тех пор наш Саров, ядерный центр, уже много-много лет занимается цифровыми технологиями как в области создания hardware, так и специальных программных продуктов. Принято решение в стране о том, что на базе наших систем будут развитые системы инженерного проектирования. Но Саров пошел и дальше – он создал системы и цифрового управления предприятиями, и хочет конкурировать с системами ERP, САПР и другими. Поэтому для нас цифровая экономика – это не просто стремление быть в тренде, для нас это аддитивные технологии, для нас это использование тех знаний и компетенций, которые есть.

Не все компетенции, к сожалению, у нас есть по тем направлении, которые мы собираемся развивать. Много я дискутирую с коллегами, много дискутируем с Академией наук. Михаил Михайлович много дискутировал с предприятиями Ростеха о том, что нам придется кооперироваться. Для новых сегментов экономики в России не существует хороших компетенций, их нужно взращивать, а взращивать нужно как с вузами, так и наращивать активность и качество тех компетенций, которые уже существуют в зародыше или стартапе. Это то направление, которым нам сейчас придется заниматься для обеспечения диверсификации и по продуктам, и по географии, и по страновым характеристикам.

Михаил Ремизов: Спасибо. Хочу вспомнить слова Александра Борисовича Идрисова, который сказал, что «Если у вас нет людей, которые знают, как продавать вашу продукцию на глобальных рынках, то вы должны найти таких людей». Можно поднять планку еще выше: нужно не просто продавать продукцию на глобальных рынках, но и продавать комплексные решения для глобальных рынков, которые являются ключом к продажам. И люди, которые знают и понимают, как создавать такие комплексные решения, у нас есть. Один из таких людей присутствует в этом зале, участвует в нашем обсуждении. Я имею в виду Андрея Олеговича Безрукова.

Андрей Безруков: Дамы и господа, коллеги, добрый день. Если мы говорим о «делай в России», и тем более завоевании лидерства, мы должны понять, на каких рынках наши компетенции, особенно компетенции ОПК, будут востребованы.

[01:35:39]

И нам нужно выйти на то, чтобы добиться рынков с наиболее высокой добавочной стоимостью, где наши конкурентные преимущества реально будут играть серьезную роль. В этом смысле я бы хотел посмотреть на горизонте, когда нам ставится задача диверсификации экономики ОПК до 2025 и 2030 года, что же будет с этими глобальными рынками.

Что мы можем сказать? Во-первых, растет нестабильность, ужесточается глобальная конкуренция, на арену выходят страны, которые борются за свой собственный суверенитет, а в это время внутри стран из-за гигантского разделения по имущественному принципу растет нестабильность. Мы видим кибератаки, экологические катастрофы и это будет только продолжаться. Это на стороне спроса.

Что же на стороне предложения? На стороне предложения мы должны понять, что наш рынок очень маленький, на этом рынке очень сложно выстраивать глобальных чемпионов. Нам не хватает критической массы, а в то же время жестко стоит необходимость, когда мы выходим в новый технологический цикл, гигантских инвестиций в цифровую экономику, всю инфраструктуру нашей экономики, где мы возьмем эти деньги. А если мы не проинвестируем, то тогда стоит угроза впасть в технологическую зависимость, а этого мы никак не можем позволить. То есть как раз диверсификация ОПК и заставляет нас посмотреть на предложения, которые Россия может дать мировому рынку, и это, прежде всего, если посмотреть на то, что происходит с нашей экономикой – это новая экономика, это экономика потоков. Это экономика информационных потоков, финансовых потоков, миграционных потоков, энергетических потоков и так далее. Если вы посмотрите на этот слайд, эта вся нервная и кровеносная система экономики будет меняться в ближайшие годы. Либо к старой системе, которая сейчас существует, придется приделывать новые мозги, либо ее придется просто выкапывать и закапывать новую. Сейчас мы можем говорить о технологиях, которые называем суверенитетообразующими. Если у вас в государстве не контролируются коммуникации, если вы не контролируете энергетику, о каком суверенитете можно говорить? А пока поставщик суверенных технологий был только один – это Соединенные Штаты. А сейчас, как вы видите, вся эта глобальная инфраструктура, которая построена в мире, становится не просто опасной, а становится театром военных действий. Мы это уже в нашей стране чувствуем. И многие страны, особенно в Евразии, многие из наших партнеров не хотят зависеть от одного гегемона, который хочет дать или не дать, и может дать или не дать те или иные решения, от которых страна зависит. Они смотрят на Россию как альтернативу, они смотрят на компетенции России, которые еще при Советском Союзе были выращены, уникальные компетенции, как опору для своего собственного суверенитета. И в этом смысле наши компетенции в этой стране как раз в создании невозможных сложных систем, которые, наверное, ни одна страна в мире не может с нашей скоростью воспроизвести.

[01:40:20]

Что же делать? У нас напрашивается разделение труда. Мы хорошо умеем делать системы безопасности. Мы являемся безопасной суверенной страной сами. Но как же мы можем тогда наше это преимущество в технологиях, инфраструктуре монетизировать? А для этого нужно четыре вещи. Во-первых, нужно собрать компании в работающие сильные интегрированные консорциумы, чтобы они на рынке могли бороться с крупнейшими мультинациональными компаниями. Нужен поток детальной информации с рынков, нужна система экспортной поддержки, нужны такие организации, как РЭЦ, который этим занимается. Нужно создать культуру работы на экспорт, целое поколение людей, которые хорошо себя чувствуют в других странах, и готовы продавать сервисные решения. Опять же, для того, чтобы эти решения были проданы, нам нужны технологические, политические, индустриальные союзники в этих странах.

Пару слов скажу об Ассоциации экспорта высокотехнологичной безопасности, которую я представляю. Наша сверхзадача – это найти в мире деньги для того, чтобы проинвестировать в высокотехнологичное развитие нашей страны, в замену ее инфраструктуры, а для этого нам нужно завоевать ключевые технологические платформы. Это триллионы и триллионы долларов, это пакеты решений, но там гигантские деньги. Представьте себе всю мировую инфраструктуру.

Мы сейчас ведем проекты консорциума, которые как раз этой инфраструктурой занимаются. Это безопасный город, это инфраструктура и безопасность интернета вещей. И в первую очередь мы ориентируемся на те страны, которые стремятся к суверенитету – это Таиланд, Индонезия, Индия, Малайзия, Вьетнам. Можно много о них говорить. Наша задача – вместе с вами выстроить эту доверенную среду, где компании, государственные органы, институты развития, эксперты могли бы взаимодействовать эффективно для того, чтобы вывести наши решения на глобальный рынок безопасности. Я приглашаю вас на конференцию 25 августа, которая пройдет на базе «Армии-2017», мы с удовольствием с вами там поговорим об этом.

Михаил Ремизов: Спасибо, Андрей Олегович. Была дискуссия на форуме, в том числе по темам промышленного интернета, и сегодня западные теоретики новой промышленной революции эту тематику индустриального интернета выдвигают в качестве вытягивающей для всей новой промышленной революции, для нового технологического уклада. Встает острейший вопрос о безопасности тех платформ, которые будут обеспечивать работу промышленного интернета, и о том, кто будет контролировать и обеспечивать стандарты этой безопасности. Пока на этот вопрос ответа нет, и очень важно, чтобы мы этот ответ предложили в опережающем режиме.

Господин министр в своем выступлении говорил о том, что Индия придает сегодня большое значение тому, чтобы предпринимательская культура, предпринимательская энергия инвестировалась в сектор ОПК, преображала военную промышленность. Точно такая же задача стоит перед нами, и это один из выводов того доклада, о котором я говорил вначале. К счастью, есть хорошие практически, хорошие истории успеха, которые дают примеры сочленения предпринимательской культуры, эффективной работы на военном рынке, на рынке продукции военного назначения. Думаю, одна из таких историй успеха – томский «Микран», генеральному директору которого я с удовольствием передаю слово. Пожалуйста.

[01:44:41]

Владимир Доценко: Дмитрий Олегович, господин министр, уважаемые участники форума, я попробую дать ответы на поставленные вопросы на этом форуме через конкретные примеры деятельности своей компании. Отмечу, что компания «Микран» является 100% частной компанией, работающей как на гражданском, так и на военном рынке в области СВЧ-электроники. Мы в настоящий момент являемся практически единственными в Российской Федерации производителями телекоммуникационного оборудования и контрольно-измерительной аппаратуры СВЧ-диапазона, конкурируем с такими известными мировыми брендами, как Keysight Technologies, Rohde & Schwarz, Alcatel. Можно много кого перечислять как на внутреннем, так и на зарубежных рынках.

[01:45:38]

Входим в состав сводного реестра организаций ОПК и перечень организаций, оказывающих существенное влияние на развитие нашей отечественной экономики. Пытаемся работать в международных рынках, за что и были отмечены со стороны Соединенных Штатов Америки внесением нас в санкционные списки.

Что касается стратегии диверсификации предприятий ОПК, должен отметить следующее. По нашему мнению, первое, что нужно сделать со стратегической точки зрения – это создать для российских компаний оптимальные рыночные условия, необходимые для эффективной деятельности на гражданских диверсифицируемых рынках. Это позволит запустить механизмы саморегуляции, обеспечить равные конкурентные преимущества для участников рынка. Пока сложно говорить о наличии равных условий для национальных и зарубежных компаний. Например, недавно из-за санкций Россия отказалась от продукции Cisco, мы вместо последней перешли на продукцию Huawei, потому что покупка последней продукции оказалась более выгодной, чем покупка российской продукции. Применительно к своей индустрии я бы сказал, что нужно способствовать развитию гражданского рынка радиоэлектроники. Если созданные условия будут выгодными для отечественного производителя, то он сам туда придет. Весь наш опыт – тому пример. И вытеснит оттуда глобальных игроков. Сегодня такое возможно только в очень узких ограниченных продуктовых нишах. По своему опыту, например, мы успешно конкурируем в нише контрольно-измерительной аппаратуры СВЧ, сложился достаточно большой запас по маржинальности. Но мы никогда бы не взялись конкурировать в нише телевизоров, где этого запаса для нас пока нет.

Второе. Нужно повысить компетенции предприятий ОПК, необходимые для работы в условиях свободной рыночной конкуренции. Сегодня уровень конкуренции в ОПК, к сожалению, не соответствует мировому уровню.

Что должны сделать предприятия? Рецепт прост и широко известен. Первое. Нужно определить свое конкурентное преимущество, найти целевую рыночную нишу, обеспеченную спросом. Либо пойти другим путем и попытаться добиться от государства введения протекционистских мер в избранной нише, например, реализовать на деле меры господдержки, направленные на гарантированное обеспечение спроса. Тому у нас есть положительные и хорошие примеры. Например, микроэлектронное предприятие «Микрон» и государственные гарантии по приобретению RFID-меток для билетов метро и паспортов, а также денежные компенсации.

Второе. Сделать бизнес-план, найти рыночный инвестиционный ресурс, а не государственные субсидии, как принято сейчас просить со стороны наших предприятий ОПК, и реализовать бизнес-проект с прибылью, или попасть в убытки и разориться. Последнее для наших предприятий, наверное, не очень принято, но оно чрезвычайно важно, оно мотивирует и является единственным условием, гарантирующим эффективное развитие.

[01:49:35]

Несколько слов хочется сказать об организации производства. У нас оно характеризуется вертикальной интеграцией. Мы начинаем с производства критических СВЧ-микросхем, изготавливаем узлы и модули, делаем на их основе системы и комплексы. У нас нет деления производства на выпуск военной или выпуск гражданской продукции. У нас единое производство, единые технологии, которые нацелены и характеризуются на массовый выпуск и уменьшение издержек при производстве. Это очень важно при выпуске гражданской продукции.

Что касается мер господдержки, государственной промышленной политики и роли институтов развития для поддержки диверсификации ОПК, то роль государства в первую очередь заключается в формировании спроса и создании оптимальных рыночных условий для национальных компаний. Роль институтов развития – это оценка и помощь в подготовке проектов, а также инвестирование денежных средств в гражданские проекты предприятия на приемлемых для них условиях.

В качестве примера дополнительной меры по тематике, близкой к нам, могу назвать следующее. В области телекоммуникации СВЧ и радиоэлектроники желательно снизить ввозные пошлин на радиоэлектронные компоненты, и повысить эти пошлины на узлы и готовые изделия.

Два слова по потенциалу международного сотрудничества в рамках двойной индустриализации. Безусловно, он существует, у нас есть тому хорошие примеры. У нас есть 100%-я дочерняя компания в Италии, которая занимается производством и разработкой гражданского оборудования. Чрезвычайно полезная бизнес-модель, она помогает нам чувствовать пульс глобального рынка, продвигать нашу продукцию на мировой рынок.

Несколько слов дополнительно хочу сказать о частных предприятиях в сфере ОПК. В западных экономиках большинство таких компаний частные. В нашей стране тоже сейчас достаточно хороший прогресс – это известный «Калашников», и «Вертолеты России», и «РТИ» можно назвать. Мне кажется, было бы правильно усилить данный тренд, активно вовлекая крупные высокотехнологичные 100% частные компании на исполнение работ по заказам Министерства обороны, Минпромторга, выполнения ГОЗ, это позволит эффективно использовать опыт, имеющийся у частных компаний.

Последние два небольших примера диверсификации продукции в ту или другую сторону, от военной к гражданской и от гражданской к военной.

«Микран» по своему происхождению гражданской компании, которая перешла на военный рынок. Преимущества одновременного присутствия на обеих рынках заключается в уменьшении рисков для бизнеса и возможностей использования технологических достижений одного рынка в продукции для другого рынка.

Мы разработали и в течение нескольких лет поставляем в рамках ГОЗ мобильный комплекс связи. В прошлом году с использованием имеющегося опыта мы практически за полгода создали подвижный пункт управления связи по техническому заданию от «Газпрома». Машина предназначена для работы в условиях Крайнего Севера и Арктики, может обеспечить связь в любой точке мира.

Обратная ситуация. Традиционно мы производим гражданские средства связи, в том числе для территорий с экстремальными условиями эксплуатации, например, для Якутии, где мы работаем на Полюсе холода при -70° С. Ни один зарубежный аналог не справляется с такой работой, просто замерзает. Сегодня, используя эти гражданские наработки, мы готовы поставлять свою продукцию для военной инфраструктуры связи и передачи создаваемой, например, Министерством обороны в Арктике. Спасибо за внимание.

Михаил Ремизов: Спасибо.

Дмитрий Рогозин: Я еще раз хочу вернуться к главной мысли, которую хотел донести – это вопросы организации дела. Посмотрел сегодня выставку, которая проходит в рамках «Технопрома», она связана также во многом с инициативой самих промышленников. Во время визита Владимира Владимировича Путина в Рыбинск они предложили собраться всем вместе, тем, кто работает по аддитивным технологиям. Коллеги, вы приезжаете – чисто прагматичный момент, – я председатель оргкомитета, меня за руку ведут быстро сквозь вас, сквозь эти стенды, и толком посмотреть не успеваешь, а запомнить еще меньше успеваешь. А работа проведена очень большая и вами. Вы старались, приехали и так далее. Просьба в этой связи.

[01:55:07]

Первое. Необходимо, чтобы все разработчики, те, которые считают, что их работы могут быть востребованы, неважно, это небольшая компания, средняя или крупная компания, по итогам такого рода мероприятий и выставок готовьте свои предложения и направляйте, обязательно передавайте в коллегию военно-промышленной комиссии. Мы передадим дальше по профилю работы либо в Минпромторг, либо в «Росатом», либо кому-то еще, кто будет заниматься этими вопросами. Но очень хочу вас убедить и попросить, что такого рода труд не является мартышкиным, это труд, который должен быть связан с продолжением взаимодействия, с внесением тех предложений, которые, конечно, должны быть связаны с развитием ваших компаний. Это первое.

Второе. Поскольку звучали эти вопросы в выступлениях коллег сегодня с трибуны по поводу того, что нужна какая-то программа специальная. Хочу проинформировать вас о том, что коллегия военно-промышленной комиссии предложила создать программу развития гражданской продукции на предприятиях ОПК. Мы это для себя называем ГПГП (госпрограмма гражданской продукции). Премьер-министр поддержал нас, и теперь в рамках государственной программы развития ОПК будет специальная подпрограмма, которая должна будет стимулировать этот процесс диверсификации. Какие мероприятия, стимулы туда заложить – это будем обсуждать сейчас в течение нескольких месяцев, слушая вас. Поэтому еще раз, вам даже неофициально говорю, вы сами не сидите, сложа руки, и не думайте, что кто-то к вам придет. Сами предлагайте что-то, что необходимо для того, чтобы это было востребовано и в Правительстве. И мы поможем вам выйти либо на потребителя той продукции, которую вы производите, либо по крайней мере выйти на ту кооперацию, которая позволит вам действительно сформировать конечный продукт.

К сожалению, еще раз хочу сказать, так было на моей памяти, когда я еще пришел работать в Правительство, как раз застал момент, когда уже мы все осознали, что рамках нашей так называемой революции по созданию беспилотных систем, Российская Федерация как-то проспала всю эту революцию, и потом пытались создать каждый все свое, каждый собственное натуральное хозяйство. Так не получится. Необходима специализация. Даже самые крупные компании никогда не могут сделать конечный продукт од абсолютный ключ, так, чтобы был полностью востребован на этом рынке. Надо взаимодействовать, кооперироваться. Поэтому аддитивные технологии, технологии, связанные с вхождением в Арктику и многое другое. Я думаю, что мы под «Технопромом» будем вынуждены проводить отдельные мероприятия, которые будут мини-технопромами, которые будут касаться дальнейшей реализации инициативы тех, кто принимает участие в этом большом процессе.

Например, некоторое время тому назад я посетил в рамках рабочих поездок Томск, и мы с полпредом имели серьезный разговор по тому, что как же так, я был на Северном полюсе, посещал нашу экспедицию – все оборудование у них импортное. Полпред говорит: «У нас в Сибири мы можем сделать все, что угодно, по крайней мере пытаемся аккумулировать о производителях, которые изготавливают самые разные вещи: инструменты, приборы, диагностику, технические средства, машиностроительные средства для работы в арктическом регионе». В итоге появился справочник, где вся информация о всех производителях, о продукции, и о технических характеристиках этой продукции, которая может быть использована в Арктическом регионе, по Сибирскому округу эта информация появилась в виде некоего каталога. Я дал поручение Минпромторгу, и Минпромторг заказал аналогичную работу по всем федеральным округам. Недавно я президенту подробно показывал как раз такой серьезный сборник, отдельные каталоги по каждому федеральному нашему округу, что могут делать российские предприниматели, государственные и частные, для того, чтобы страна получила возможности реколонизации Арктики, но на совершенно новой современной технологической основе. То же самое мы хотим сделать по аддитивным технологиям, по итогам выставки в «Технопроме» . Это надо делать, ломать эти стенки, эти самые ограничения, которые не позволяют людям взаимодействовать друг с другом. Задача власти здесь только одна – помочь правильно организовать это дело. Я считаю, в этом заслуга «Технопрома» как форума, который дает импульс к развитию каких-то новых важных тем.

И последнее, что бы хотел сказать. Я был бы очень признателен коллегам, участникам сегодняшнего форума, за идеи, которые могут быть связаны со следующим форумом.

[02:00:28]

Обычно мы решаем это кулуарно, с Михаилом Ремезовым садимся, с губернатором думаем, анализируем. И я, обладая информацией о том, что происходит и куда идет тенденция развития индустрии, предлагаю эти темы. Пока не ошибался, но могу ошибиться. Поэтому буду ждать от вас предложения, которые связаны именно с этим, что новой идеей для следующего форума «Технопром» здесь в Новосибирске в следующем году. Думаю, мы с министром обязательно тоже подумаем, что, может быть, заседание комитета, и мероприятие с индийской стороны тоже проведем в следующем году также в этих рамках. Мы с ним это обсудим отдельно. Но в целом жду от вас предложений по новым темам.

В отношении этой темы по аддитивным технологиям мы сделаем давайте единый каталог всех разработчиков аддитивных технологий, и увидим, кто там с кем реально мог бы скооперироваться, поможем организовать это дело.

[02:01:33]

Почему это важно? Мы сильно отстали в 1990-е годы по сравнению с тем, что было наработано в великой советской стране. Во многом работа российского ОПК некоторое время, считайте, до вчерашнего дня, частично до сегодняшнего дня основана на огромном научно-техническом заделе, который был создан нашими отцами и дедами в советское время. Двигаться дальше на этом заделе невозможно, мы его как ложкой вычерпали аж с царапиной в этой кастрюле. Значит, нужно создавать новую науку, новые знания, фундаментальные, прикладные, организовать работу, генеральных конструкторов, технологов, двигаться дальше. Но если будем идти, просто думая, что нам никогда не обогнать ведущих технологических лидеров мира, то это будет ошибкой. Всякий раз будем просто повторять, копировать, делать это, может быть, какими-то своими изюминками, но все равно это не будет лидерство, это будет некое повторение. Второе-третье место для такой страны, как Российская Федерация, Россия – мне кажется, мы должны быть гораздо более амбициозны.

Что бы я еще раз предложил, и об этом тоже надо думать, и, может быть, это тоже одна из тем будущих форумов – это концепция одна: срезать угол. Не бежать за лидером, не дышать ему в затылок, а увидеть ту самую точку развития научно-технического прогресса, куда выйдут все лидеры технологического развития через 10-15 лет, и делать сразу то, что потребуется именно в 2025, а лучше всего в 2030 году. Не делать то, что потребуется в 2019-2020 году, а в 2030 году. Тогда, если мы угадаем, то выйдем в лидеры.

Пример тому очень простой. Здесь присутствовал губернатор Иркутской области. Мы начали испытания 28 мая нового нашего магистрального самолета МС-21. Я полпреду сказал, он меня спросил, почему я не поехал туда. А я всем запретил туда ехать, потому что испытания, первый подъем самолета должен пройти так, чтобы на летчика никто не воздействовал, не было никаких начальственных физиономий, которые бы сидели и смотрели, поднимет он самолет или не поднимет. Он должен действовать. Техническая готовность аппарат есть? Есть. Погода есть? Есть. Здесь Поташов, Герой России присутствует, великий летчик сибирской земли. Я поздравляю его с вручением ему звезды Героя. Он подтвердит мои слова – не надо лезть в это дело. Так мы и сделали. Я всем запретил туда лезть. Подняли самолет в воскресенье, когда никто не ожидал. Пилоты были готовы к этому. Но какой самолет! Это же великий самолет подняли. Мы впервые пошли на то, чтобы срезать угол, не повторять то, что делает Airbus и Boeing, а сделать самолет на технологиях композиционных материалов с черным крылом и черным хвостовым оперением. Это совершенно другая эргономика. В узкофюзеляжных самолетах такое никто еще не делает. А мы сделали. А могли бы как китайцы пойти по проверенной дорожке. Они сделали самолет, подняли на неделю раньше. Но я считаю, что наш путь более правильный. Поэтому и здесь надо действовать точно таким же образом. Не бояться ничего. Чего бояться, кого мы должны бояться? Мы никому войны не проигрывали, а уж бояться самих себя тем более стыдно было. Поэтому выкидывайте зеркала и делайте то, что считаете необходимым с точки зрения этого принципа «срезать угол». Я бы посвятил ему очень серьезную дискуссию. А вам всем удачи, спасибо за эту работу.

Михаил Ремизов: Спасибо, Дмитрий Олегович. В преддверии нашей дискуссии вспомнил цитату Джавахарлала Неру, которая меня в свое время поразила, из «Открытия . Индии». Прочтя эту цитату, я подумал, что в национальном характере русских и индийцев есть много общего. Он говорит: «Наш главный недостаток состоит в том, что мы больше склонны обсуждать вещи, чем делать их». Я думаю, что это могло бы быть эпиграфом для многих форумов. Но должен отметить, что наши страны в XX веке, да и не только, не раз показывали, что успешно с этим недостатком справляются. Верю, что так будет и в дальнейшем, что мы будем не только обсуждать, но и делать, причем делать в России. Спасибо за работу.